Реформы 90-х: 1992 год


 

После уничтожения СССР, как субъекта мировой политики и раздела политических сфер влияния, руководителями СНГ были проведены в жизнь ряд антисоциальных «реформ». Следует отметить, что начало этому процессу положило горбачёвское «ускорение». Официальными целями провозглашались: ликвидация товарного дефицита, создание правового государства, строительство капитализма. Для этого, в частности, команда российских «реформаторов» активно изучала опыт Чили, Южной Кореи и Сингапура.

Определимся с содержанием данных целей.

Под социальными реформами понимается: от лат. reformare — исправлять, преобразовывать — форма общественных преобразований, осуществляемых правящим классом, с целью разрешить социально-экономические противоречия, возникшие, как правило, вследствие политических изменений.

Условно можно говорить о нескольких типах социальных реформ. Это прежде всего реформы, осуществляемые правящим эксплуататорским классом с целью укрепления, усиления своих позиций, приспособления к меняющимся условиям. Они, как правило, следуют за буржуазной революцией, являясь как бы её естественным логическим продолжением.

Далее нужно выделить реформы, на которые правящие эксплуататорские классы вынуждены идти под воздействием развивающегося революционного движения трудящихся масс, угрожающего их существованию, или в результате осмысления уроков победоносных революций в других странах.

По своему смыслу эти реформы являются частичной капитуляцией правящих режимов, уже не способных управлять «по-старому», но идущих на уступки с целью удержания господства в целом. Они могут быть и чрезвычайно поверхностными, как способ обмана масс, отвлечения их от революционной борьбы путём переключения внимания на негодный объект, и весьма радикальными, открывающими определённый простор историческому прогрессу, становясь иногда даже средством решения отдельных задач революции.

Для обозначения последнего типа общественных преобразований классики марксизма дали понятие реформам. Так, Ленин, говоря о реформах 60-х годов XIX века в Пруссии и Австрии, писал, что они были осуществлены «вопреки интересам рабочих, в самой невыгодной для рабочих форме, с сохранением и монархии, и привилегий дворянства, и бесправия в деревне, и массы других остатков средневековья» (т. 20, с. 311). Аналогичными были ленинские оценки крестьянской реформы 1861 года в России.

Считая революцию наиболее эффективным способом разрешения классовых противоречий, подлинные революционеры, однако, далеки от нигилистического отношения к реформам, от категорического отрицания их прогрессивной роли. Неоднократно подчёркивая тот факт, что реформы как тип эволюционного движения являются лишь «побочным продуктом революционной классовой борьбы» (см. Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 44, с. 147, 228—229), ведя последовательную критику разного рода реформистов, «которые прямо или косвенно ограничивают стремления и деятельность рабочего класса реформами», Ленин указывал:

Марксисты признают, в отличие от анархистов, борьбу за реформы…» (т. 24, с. 1).

В современных условиях правящие круги буржуазных государств пытаются удержать свою политическую власть посредством не только усиления собственного аппарата, служащего им для удержания власти, с помощью открытого насилия, законодательного ухудшения положения прав наёмных работников, но и путём проведения рыночных реформ в области экономики, государственного управления, образования. Данные реформы не меняют природы капитализма, хотя иногда могут частично отвечать определённым требованиям трудящихся.

В отличие от тех капиталистических стран, где позиции коммунистических партий достаточно сильны, марксисты ставят вопрос о возможности использования реформ как средства постепенного, всё более сильного нажима, наступления на позиции капитала, создания благоприятных условий для борьбы за социализм.

В ряде освободившихся от колониальной зависимости стран, идущих по социалистическому пути развития, реформы, осуществляемые государством в интересах народа, являются инструментами важных социально-экономических преобразований, которые создают условия для перехода к более высокой стадии коммунизма.

После социалистической революции пролетарское государство, народная власть также осуществляет целую серию реформ, продолжающих те преобразования, которые начинаются установлением диктатуры пролетариата.

При социализме в силу отсутствия классовых антагонизмов качественные сдвиги в тех или иных областях жизни общества носят характер постепенных изменений, проводимых социалистическим государством при активном участии трудящихся масс, что убедительно было видно в РСФСР, с её системой советов.

СССР к концу 1991 года занимал третье место в мире по количеству жителей — 290,1 млн человек, в том числе городского — 191,7 млн человек и сельского — 98,4 млн человек. Население РСФСР — 148,5 млн человек.

В Российской Федерации реформы девяностых годов имели радикальный характер, сравнимый с «шоковой терапией» в бывшей Польской народной республике, после её выхода из зоны Союза Экономической Взаимопомощи. В 1992 году были проведены следующие социально-экономические преобразования:

 


 

2 января была объявлена либерализация[1]. Отказ от государственного регулирования цен, государство предоставило право производителям устанавливать их самостоятельно. Это позволяло надеяться на отказ от бартера и восстановление рублёвых расчётов. Для того, чтобы облегчить наполнение рынка товарами, была либерализирована и внешняя торговля. Государственные регулируемые цены сохранялись только на электроэнергию, нефть, газ, моторное и котельное топливо, керосин, драгоценные металлы, перевозки грузов, услуги связи, некоторые виды хлеба, молочные изделия. В январе было освобождено примерно 90% потребительских цен и 80% цен на продукцию производственного назначения.

Правительство Гайдара решилось на эти меры, опасные для экономики, которая всё ещё сохраняла в себе тенденции планирования, учёта и контроля за общественным продуктом.

По их словам, они хотели спасти страну от голода и тотального дефицита, блокировавших работу всех отраслей, позволить производителям продавать продукцию рыночной цене. Другим вариантом они предлагали послать вооружённые отряды в деревню, на предприятия, заставить рабочих и крестьян под дулом пистолета сдавать продукцию по государственным ценам в обмен на всё более обесценивающиеся рубли. В реальности это был выбор без выбора.

Поскольку острейший экономический кризис, деградация административного управления, гиперинфляция нарастали на фоне политического кризиса, стратегия рыночных реформ предлагалась не как альтернатива «шоковой терапии» или «эволюционных» преобразований, а как стратегия для создания класса крупных собственников, на которые могла бы опереться новая власть.

 


 

29 января подписан Указ Президента РФ «О свободе торговли». Вскоре после либерализации цен выяснилось, что рыночный механизм преодоления дефицита заблокирован, так как сохранялись ограничения в торговле. Указ разрешил предприятиям и гражданам торговую, посредническую и закупочную деятельность (в том числе за наличный расчёт) без специальных разрешений и в любых удобных местах. Такие места нашлись повсюду: на площадях, бульварах, вдоль трасс, у остановок транспорта, перед магазинами, в подземных переходах. Лотки ставили в холлах кинотеатров, учреждений, больниц и вузов, в аренду брались торговые места на рынках и секции бывших универмагов. Под магазины-лавки годились любые полуподвалы, павильоны, ларьки. Мелкая торговля захватила стадионы и Дворцы спорта. Либерализация цен привела к гиперинфляции: уровень жизни населения резко упал.

Последствия были воистину катастрофическими. Вот что докладывал заместитель главного врача облцентра Госсанэпиднадзора Русецкий в Смоленской области[2]:
 

«Данные проверок Государственных санитарно-эпидемиологической и ветеринарной служб свидетельствуют, что в местах, не отвечающих санитарным требованиям, населению продаются продукты домашнего приготовления негарантированного качества, не отвечающие санитарным требованиям, не прошедшие ветеринарно-санитарную экспертизу.

Население постоянно подвергается опасности заражения продукцией, инфицированной возбудителями инфекционных заболеваний. Об опасности продажи продуктов без предварительного контроля свидетельствуют данные лабораторий ветеринарно-санитарной экспертизы. В 1991 году ветеринарной службой при лабораторной экспертизе мяса в 142 случая выделены возбудители инфекционных заболеваний, в 712 случаях паразитарных заболеваний. В результате было признано непригодными и не допущены к продаже 320 мясных туш.

Осложнилась эпидемическая ситуация по инфекционной заболеваемости среди населения области. В 1991 году зарегистрирован рост заболеваемости по сумме острых кишечных заболеваний на 27%, по сальмонеллезам на 49% по сравнению с 1990 годом.

Число заболевших ботулизмом в 1 квартале 1992 года, связанных с употреблением консервированных грибов домашнего изготовления в герметически закрытой таре, по сравнению с тем же периодом 1991 года возросло в 4,5 раза.

Государственная санитарно-эпидемиологическая и ветеринарно-санитарная службы области в условиях общественного беспорядка, характерного для мест свободной торговли и отсутствия действенной поддержки органов милиции, фактически лишены возможности выполнения своих контрольных функций.»

 


 

27 апреля Совет управляющих Международного валютного фонда проголосовал за приём в МВФ 13 бывших союзных республик[3], 4 мая — Азербайджана, 15 мая — Туркменистана. Процесс вступления страны в МВФ считается завершённым после того, как её парламент одобрит присоединение. Верховный Совет РФ принял соответствующее постановление 22 мая, Россия стала членом МВФ 1 июня.

Данное событие положило начало порочной практике решения тактических экономических проблем за счёт постоянного кредитования долгосрочными деньгами, без оценки возможностей их возврата без ущерба для экономики государства.

 


 

1 июля был введён единый плавающий курс рубля по отношению к доллару (внутренняя конвертируемость рубля). Одновременно были отменены ограничения на продажу валюты частным лицам и обязательная продажа валюты экспортёрами по фиксированному курсу. Это имело большое значение, поскольку множество обменных курсов искажало ценовые пропорции в экономике, приводило к плохо контролируемому перераспределению ресурсов между секторами, некоторые из них неоправданно оказывались в более выгодном положении. 30 июня доллар стоил 119 рублей, 31 июля — 136, 31 декабря — уже 418 рублей.

Данное решение Банка России, продавленное «реформаторами», сказалось на экономике практически сразу: в декабре 1992 года по сравнению с аналогичным периодом 1991 года розничные цены возросли в 26 раз, тогда как оптовые — в 62 раза, а тарифы на перевозку — в 35 раз. Для реформаторов это было полной неожиданностью. Они готовились к совсем иной неприятности — чрезмерному росту розничных цен, и решили, что розничные цены в государственных магазинах не должны превышать оптовые более чем на 25 %. Торговля стала убыточной. Её оборот в текущих ценах за 1992 год составил только 5,1 трлн рублей. Сопоставляя эти данные с оборотом торговли РСФСР в 1991 году и с ростом розничных цен в 1992 году, можно сделать вывод, что физический объём торговли упал примерно в пять раз.

Резко уменьшились заказы продукции производителям. Последние же страдали от избытка произведённых товаров, и поэтому легко шли на поставки в долг. По всем звеньям народного хозяйства стала распространяться задолженность. Уже к апрелю 1992 года она составила 1,4 трлн рублей. Власти полагали, что задолженность отдельных предприятий свидетельствовала об устаревших методах их организации, и рассчитывали издать закон о банкротстве и продавать такие предприятия частным лицам. Закон о банкротстве так и не был издан, потому что задолженность уже к лету 1992 года стала всеобщей, а бездоходные предприятия, обременённые долгами, никому не были нужны.

 


 

14 августа Указом Президента РФ «О введении в действие системы приватизационных чеков в РФ»[4] безналичные приватизационные вклады были заменены на бумажные приватизационные чеки, что позволяло ускорить и облегчить приватизацию. Каждый гражданин России получал приватизационный чек, дающий право на участие в приватизации государственных предприятий.

Бесплатной раздаче подлежала только часть госсобственности, остальное предполагалось в будущем приватизировать за деньги. Квартиры и земля приватизировались по иным схемам.

Государственная программа приватизации государственных и муниципальных предприятий на 1992 год была утверждена 11 июня 1992 года. В соответствии с ней госпредприятия преобразовывались в открытые акционерные общества. Инициативу в приватизации предприятий мог проявить любой гражданин, подав соответствующее заявление, отказать в приватизации было нельзя. Этот политический ход позволял правительству в проведении приватизации опираться на рядовых граждан — сторонников рынка и частной собственности.

Приватизация стала реально возможной. Были сняты ограничения на оборот акций приватизируемых предприятий, что упростило процедуру и ускорило консолидацию крупных пакетов акций, препятствовало чрезмерному их распылению. При этом большинство граждан не ощущало потребности быть собственниками акций предприятий. Текущие потребности для них были важнее обещанных в будущем дивидендов. Люди предпочитали продать чеки (а позже — купленные на них акции) по цене, предлагаемой скупщиками.

Массовое предложение обесценило чеки, они продавались и покупались по ценам ниже номинала[5]. Номинал составлял 10 тыс. неденоминированных рублей — цифра условная, принятая для облегчения расчётов при проведении аукционов. Если к осени 1992 года, продав приватизационный чек, можно было купить мужской костюм среднего качества, то к концу 1993 года его рыночная цена была эквивалентна 3–4 бутылкам водки. Но те, кто в силу своих наклонностей готов был рискнуть, скупая и перепродавая пакеты чеков, сколотили на этом свои первые нетрудовые капиталы.

Следует отметить, что «преодоление дефицита товаров» на внутреннем рынке было достигнуто путём резкого сужения потребительского спроса и потребления. Правда, сначала этот дефицит был создан торговой мафией под крылом «реформаторов». По сути, ликвидация очередей и дефицитов на внутреннем рынке была реализована за счёт «выталкивания» из этих очередей большей части покупателей, имеющих средние и низкие доходы.

Крайне красноречиво выглядит статья[6] политического обозревателя газеты «Труд» Виталия Головачёва, в которой он сравнивает московские цены апреля 1990 года (ещё до повышения цен) с октябрём 1992 года. Он приводит данные по различным товарам. Первая строка — наименование товара, вторая — цена апреля 1990 года, третья — цена октября 1992 года, в рублях, четвёртая строка — увеличение в разы:
 


 

Подводя итоги первого для «новой России» года, можно отметить следующие тенденции: отказ государства от выполнения такой социально-важного обязательства как регулирование цен в розничной торговле, её бурный рост за счёт вовлечения в данную сферу граждан, ранее не занимавшихся ею (расцвет малого бизнеса), вынужденных оставить свои прежние профессии ради банального выживания в новых капиталистических реалиях, что повлекло в свою очередь утрату ценнейших для промышленности кадров с большим производственным опытом, рост заболеваемости из-за отсутствия банальной санитарно-эпидемиологической проверки реализуемых населением товаров собственного производства.

В то же время стал появляться и крепнуть новый класс капиталистов, которые путём приватизации начали концентрировать в своих руках общенародную собственность, созданную трудом предыдущих поколений советских рабочих и крестьян.

Но особенно сильно ударил по экономике плавающий курс рубля: с отменой «валютного коридора» началось стремительное падение национальной валюты, явление разрушительное, которого не было видно ни в 1998 году при дефолте, 20-летие которого недавно «отмечали», ни в 2014 году.

Такими были итоги первого открытого наступления на права наёмных работников со стороны правящего класса, прикрытые словами о свободе и перспективах обеспечения каждому человеку неотъемлемого права на достойную жизнь[7].
 

Примечания:

1. 7 фактов о реформах Гайдара // [Электронный ресурс] http://russian7.ru/post/7-faktov-o-reformax-gajdara/
2. Распоряжение от 19.05.92 г. N 271-р «О реализации Указа Президента Российской Федерации от 29 января 1992 г. №65 «О свободе торговли»
3. Россия и МВФ: от крупнейшего должника до влиятельного кредитора // [Электронный ресурс] https://marketsignal.ru/2017/04/27/rossiya-i-mvf-ot-krupnejshego-dolzhnika-do-vliyatelnogo-kreditora/
4. Указ Президента РФ от 14.08.1992 N 914 (ред. от 14.10.1992, с изм. от 10.01.1993) «О введении в действие системы приватизационных чеков в Российской Федерации» (вместе с «Положением о приватизационных чеках»)
5. Что такое ваучер 1992 года и что с ним можно сделать сегодня // [Электронный ресурс] https://sovetnik.guru/finansovoe-pravo/privatizacionnyj-chek.html
6. Перестройка. 1992 год. Остановка производств // [Электронный ресурс] http://www.proza.ru/2016/11/01/480
7. Декларация о государственном суверенитете Российской Советской Федеративной Социалистической Республики от 12 июня 1990 г. П. 4

Please Login to comment