Абырвалг узких националистов

Всякий антикоммунист – сволочь (Un anti-communiste est un chien)».

Французский философ, лауреат Нобелевской премии по литературе (отказался от премии) Жан-Поль Сартр

 

Абырвалг узких националистов
 

 

8 сентября в левом сообществе «Победитель» был опубликован плакат, в котором приводились данные качественной разницы книжного тиража СССР (1988 г.) и современной буржуазной России (2008 г.). Плакат получил известное распространение и уже 9 сентября последовала письменная реакция на него со стороны сообщества новоявленных русских националистов «Спутник и Погром». Те, кому довелось познакомиться с этим сообществом, скорее всего, согласятся, что общий его характер, свойство публикующихся там текстов, посвященных левым и большевикам, редко отличаются не то что объективностью, хотя бы ее подобием, не говоря уже о научности, а скорее имеют даже за правило нести откровенную ахинею. Кто же наш суровый критик, наше нещечко, можно ли выразить парой штрихов его существо? Из наших собственных наблюдений, мы могли бы сказать, что это молодой человек мелкобуржуазного строя мыслей, определенным образом экзальтированный, маленький «Ротшильд». А, собственно, националистическая фразеология здесь ограничивается риторикой, хотя это и не снимает весь ее вред для общества – ведь она выражает известные классовые интересы и исподволь потворствует им.

Реакция, обозначенная выше, имеет форму небольшой анонимной статьи. В самом начале ее автор задается идеологически-правоверным для себя вопросом: «А сколько из изданных в СССР книг было издано на русском языке?»

До удивительного легко оказывается ответить на данный вопрос. Открываем статежегодник «Народное хозяйство СССР в 1990 г.» (сборник «абсолютно свободный от цензуры», по выражению историка А.В. Шубина), страницу 236 и читаем заголовок: «Выпуск книг и брошюр по республикам». Отлично, именно то, что нам нужно. Возьмем за пример горбатый 1985 год. Всего в СССР было издано 2150,7 млн. книг и брошюр, и из этого богатства только лишь в одной РСФСР издано 1650,6 млн. книг и брошюр на чистом, прекрасном, нами любимом, великом и могучем, родном русском языке, т.е. 77%. Но ведь некоторое количество книг и брошюр издавалось также на русском языке и в других республиках СССР. После РСФСР, самый крупный тираж был в УССР (из 155,5 млн. 77,8 млн. на украинском языке) и БССР (из 53,3 млн. только 5 млн. на белорусском языке). В остальных республиках тираж составляет слишком малую величину, чтобы подробно останавливаться на нем. Из приведенных данных следует, что к 77% изданных книг на русском языке только в одной РСФСР можно добавить некоторое число и из других республик СССР, так что общее количество изданных книг и брошюр на русском языке в СССР составляло бы около 85%.

Т.е. со всей сложностью национального состава СССР (учитывая здесь и всю сложность состава и многообразия народов самой РСФСР) издание книг и брошюр на всех языках народов СССР не превышало примерно 15%. Много это или мало? Скорее мало, чем много, учитывая, что в советское время, благодаря политике СССР, русский язык стал полноценным языком международного общения, наравне, например, с английским. И только после крушения Советского Союза начал сдавать рубежи. Мало языков могло бы похвастаться таким влиянием в мире, какое имел русский язык в период существования СССР.

Но возвращаемся к статье. Далее автор заявляет: мол, «предполагается, что количество изданных книг равно количеству прочитанных». «Это не так», продолжает он, ничем своё отрицание не доказывая. Далее следует дурно слепленный софизм: якобы, кроме известного автору и мало кому еще известного персонажа, полное собрание сочинений 5-го издания В.И. Ленина никто не читал. Читали, гражданин автор, читали. Примера ради, тот же доктор философских наук, профессор СПбГУ М.В. Попов читал, причем еще в молодости, в период учебы и защиты диссертации, и до сих пор с удовольствием читает и перечитывает. Как говорится, умного человека всегда читать интересно.

А автор продолжает возгонку истерики: «Меж тем одно лишь ленинское ПСС — это 55 томов, которые должны быть в каждой библиотеке, в каждой школе, в каждом обкоме, райкоме, у любого председателя колхоза стоять для солидности и т. п. Объемы можете представить сами».

Что же, посмотрим на факты. За 60 лет существования СССР (1918-1978) произведения В.И. Ленина издавались в Советском Союзе 23 889 раз на 66 языках народов СССР и на 51 языке народов зарубежных стран. Общий тираж всех изданных работ В.И. Ленина за 60 лет существования СССР составил 531,1 млн. экз.

Если учитывать, что работы Ленина, как одного из отцов-основателей советской республики (да и вообще русской республиканской формы правления как таковой), должны были быть доступны для чтения всем членам коммунистической партии, а равно сотрудникам госаппарата в целом, кроме этого, пионерским и комсомольским организациям, а также научным сотрудникам (пусть хотя бы только общественных наук), студентам и школьникам, а равно любому интересующемуся гражданину СССР, который населяло почти 300 миллионов человек, а равно из-за активной политической работы и пропаганды СССР в западных странах, то указанный тираж всех изданных работ В.И. Ленина в СССР оказывается не столь внушительным. Но софисту-антисоветчику всё это до лампочки, невдомёк, слишком высокая материя это для него, оказывается. Ему бы что попроще. Вот поэтому (т.е. от небольшого ума, да и просто элементарного невежества) и вырывается у автора, с экзальтированным рёвом и вытаращенными бельмами, фраза-сенсация: «И это один лишь Ленин!» Это только Ленина столько издавали, мол! А вы, мол, представьте сколько еще издано трудов Маркса и Энгельса!

Спокойно!

За этот же период (т.е. 1918-1978) общий тираж произведений основателей марксизма составляет лишь 116,5 млн. экз. За указанный период в СССР произведения К. Маркса и Ф. Энгельса издавались более 3,1 тыс. раз на 49 языках народов СССР и 39 языках народов зарубежных стран.

Идём дальше. Видимо, никак не будучи способным хоть на какую-то объективность и вообще порядочность в своих с позволения сказать, рассуждениях, автор выдает очередной софизм: «Во-вторых, значительную часть тиража составляла разная марксистская макулатура, партийная литература («Решения 666 съезда КПСС в жизнь!») и всякие великие книги типа «Глумление фашистской Германии над международным правом (на узбекском языке)»…

Гражданин, вы бы еще здесь написали, что государство также издает юридическую литературу, а равно справочники к ней, ведь политическая литература не менее необходима для государства, чем и юридическая. Но, видимо, так как говорить о ненужности издания и переиздания миллионными тиражами юридической литературы выглядит слишком очевидным тупоумием даже для подростков, то автор стремится ограничивать себя неочевидным.

Но автор, дорогие читатели, всё же не останавливается в развитии своего перла, раскочегаривая поток своего сознания: «Причем оное глумление, если оно было на узбекском, то было и на всех остальных языках СССР тоже».

Почему здесь даже не ложь, а банальное авторское невежество — мы уже показали выше, когда рассмотрели количество издаваемых книг и брошюр в СССР на русском языке.

Далее, в строгом соответствии с идеологическими шорами, наш автор совсем заскакал, достигнув экстаза: «…огромную часть составляла «многонациональная классика»…

То, что те же писатели и поэты народов республик СССР переводили, например, русскую классику на языки своих народов, автору опять невдомёк. Ну высокая это материя слишком, ну попроще бы ему мыслить, так мыслить, чтобы рубануть раз — и чтобы как отрезало, а все эти наши интеллектуальные рассуждения для автора — излишнее, не нужно ему этого, вредно для идеологических шор и окрепшего, но не так и не туда, ума – вырос, как говорится, да ума не вынес. Абырвалг, мол, и знать я больше ничего не желаю.

Во всяком случае, для наших читателей, мы полагаем, было бы интересно узнать, что, к примеру, Муса Ташмухамедов, узбекский поэт и писатель, перевел на свой родной язык такие произведения, как: «Евгений Онегин» А.С. Пушкина, «Маскарад» М.Ю. Лермонтова, публицистику М. Горького, «Разделение поэзии на роды и виды» В.Г. Белинского и др.

Далее автор разбираемой статьи въедливо и как ему, видимо, кажется, уж очень остроумно, замечает, мол, «многонациональная классика принудительно рассылалась во все города и села»… Но не классику ли старого, недоброго и тупого великорусского шовинизма нам здесь демонстрирует он же сам?

После этого наш «критик», очевидно, решил подбавить драматизма, и вдруг начинает размазывать жидкие сопли из диссидентских уток-прибауток, как, якобы, тяжко было достать литературу! Дефицит-с, господа!

То, что книги активно обменивались между людьми, то, что книгу можно было взять в библиотеке, в конце концов, даже купить в магазине, то, что кроме книг издавалась масса другой литературы — например, журналов, где, кстати, также печатались художественные произведения, — этого автору невдомёк.

А вот, пожалуй, следующий платиновый перл автора даже не требует какого-либо комментария, он прекрасен сам по себе и уже определенно занял место в вечности: «Выход в топ Донцовой — это не понижение, а повышение культурного уровня».

Далее в разбираемой статье приводится цитата из некоего интервью, где интервьюируемый сообщает, что массово издавалась брежневская «Малая земля» и другие такие же брошюры…, поскольку их надо было изучать в старших классах в школе». Так ли это? Государство издавало ежегодно тонны учебной, в том числе школьной литературы, где книги Брежнева были каплей в море. Что это должно доказывать, с точки зрения автора, не ясно, действительно, ясность (или мрачность, уж, право, не знаем) здесь присутствует, видимо, только у самого автора и его поклонников, обитающих в сферическом мире в вакууме, то есть в каком-то своем выдуманном мире, где Донцова является маркером повышения культурного уровня. Если бы такой маркер предъявили тому же Л.Н. Толстому, он бы, наверное, смачно огрел бы по башке предъявляющего и мастерским пинком под зад вышиб бы его со своего барского двора за подворотню, на ходу кроя крепким русским языком этого драпающего новоявленного русского националиста с «томиком» Донцовой за пазухой.

А наш автор всё не успокаивается, и с придыханием, пишет: «Наконец, электронные книги». И приводит сведения и статистику по посещаемости магазинов электронных книг, продолжая выбранный стиль то ли тугодумного, то ли жулика, смотрящего вам в глаза своими честными очами и при этом впаривая дрянные фабрикаты.

Голая статистика посещаемости таких сайтов даже косвенно не может дать сведений о количестве читающих электронные книги. А попытка выпарить из этой статистики такие сведения – всё равно, что считать сколько электронных книг проиндексировал Google.

В действительности, такие сведения, более или менее объективные, может дать только непосредственное социологическое исследование живых читателей, коим занимаются, естественно, соответствующие специалисты. Видимо, и такие элементарные, как говорится, прописные истины, автору разбираемой статьи незнакомы.

В том самом 2008 г. (напомним, плакат «Победителя» приводил данные за 2008 г.) доля россиян, постоянно читающих книги, составляла 16%, тогда как не читающих книги вообще (или очень редко) было 46%. Обратимся к серьёзным источникам:

В чтении даже самых образованных и продвинутых читательских групп сегодня отчетливы ориентации на пассивно-адаптивный тип культурного поведения и потребления, отсутствие аналитического интереса к окружающей современности во всех ее противоречивых чертах, склонность к развлечению и эскапизму, усреднение вкусов» (Дубин Б.В., Зоркая Н.А. Чтение в России-2008. Тенденции и проблемы. М, 2008. С. 11, 21, 29)

При этом в структуре медиапотребления россиян книги в 2008 г. составляли 4% (!), а в 2011 – 1,8% (!!). Тогда как телевизор — 44% и 47,2% соответственно. Эти цифры остались почти без изменений к 2015 году: книги — 1,7% и телевизор — 42,1% (Книжный рынок России. Состояние, тенденции и перспективы развития. М., 2012. С. 38; Книжный рынок… М., 2016. С. 67). Безумие данных цифр зашкаливает. Способно ли такое общество, в своей массе, например, к рациональному восприятию реальности? Речь в данной статистике идет о бумажных, печатных книгах. Но ведь нас интересуют электронные книги. По данным за 2011 г. бумажные книги остаются самым популярным форматом чтения для россиян (их читают 89% опрошенных, читающих книги), т.е. вопрос о статистике использующих электронные книги, здесь, фактически, снимается сам собой – величина их так мала, что не имеет существенного характера. «Скачивают» из Интернета, читают книги в Интернете лишь 11% (в 2009 г. таких было только 5%) (ВЦИОМ, Пресс-выпуск №1780. 17 июня 2011 г.). Понятно, вместе с этим, что читатели электронных книг совмещают чтение печатной и электронной книги, либо ограничиваются преимущественно электронной, но составляют всю ту же, общую группу вообще читающих книги (где, вероятно, продолжится замещение печатной книги электронной). К слову, и столь малое число постоянно читающих в наше время книги россиян, и мизерная доля книг в общем потоке потребляемой россиянином информации, отражают всю степень социальной катастрофы к которой привела контрреволюция в СССР. Но это тема уже отдельной статьи.

Полное собрание идиотии авторов всех народов и языков может быть пополнено и следующим перлом нашего с вами нелюбимого автора: «При этом я попрошу обратить особое внимание на то, что в онлайне люди сами выбирают, что им надо, и даже, страшно сказать, платят за это деньги, в то время как в СССР…»

Здесь, конечно, хотелось бы обратить внимание, что в условном 1985 г. не то, что приснопамятного web не было, общественный интернет отсутствовал вообще, как факт жизни. О чем же ты глаголешь нам, о драгоценный автор сего перла, что ты сравниваешь, что ты этим хочешь сказать? Может быть, показать бездонный кладезь мрака, наполняющего твое сознание? Если так, то тогда это с лихвой получилось. Хватит, пожалуй, как аргумент на не чтение всей твоей следующей писанины, которая, к сожалению, конечно же случится (в этом отношении интернет действительно выступает благом – по крайней мере не переводится зазря бумага).

«В СССР же наличие у вас книги на иностранном языке было поводом для душевного разговора с КГБ», пугает автор рассматриваемой нами статьи своих читателей. Однако же странное дело, лежит у меня дома книга — Д.Д. Сэлинджер «Избранное», на английском языке (Printed in the USSR). Издание 1982 г. (т.е. еще доперестроечное), тираж 80 000 экз., цена 2 р. 50 к. Но никаких историй о встречах с КГБ, по поводу этой книги, я не припомню. Да, согласны, личный пример и единичный опыт не являются и не могут являться основой для обобщающих выводов (хотя, кстати, именно этой логической ошибкой страдают многие антисоветские пасквили, сбрасывая с корабля современности Аристотеля). Но давайте попробуем порассуждать. Может быть, тупоумие мысли автора заключается в том, что коварный КГБ специально печатал книги на английском языке, выискивая, соответственно, среди покупающих такие книги советских граждан, потенциальных шпионов, предателей или диссидентов? Что же, а ведь это может быть еще одной неплохой уткой для репертуара антисоветчика. Но согласись же, дорогой читатель, какой градус тупоумия предполагает подобный образчик перлов, выдаваемых за истину тем или иным антикоммунистом.

Ближе к концу, в статье автора красуется фотография нетленного произведения страстного сидельца Солженицына (он же стукач по кличке Ветров) «Архипелаг ГУЛаг»:

«Я успокаиваю себя оговорочками и ставлю подпись о продаже души. О продаже души для спасения тела… Боже мой, как я быстро скатился!», — так пишет нам в этом нетленном произведении Солженицын-Ветров.

Впрочем, Солженицын-Ветров не был ни единственным, ни главным сидельцем. Были в то крутое время и другие люди, покруче, намного покруче. И у одного из них есть мнение об этом персонаже:

Деятельность Солженицына — это деятельность дельца, направленная узко на личные успехи со всеми провокационными аксессуарами подобной деятельности».

И еще:

«Ни одна сука из «прогрессивного человечества» к моему архиву не должна подходить. Запрещаю писателю Солженицыну и всем, имеющим с ним одни мысли, знакомиться с моим архивом».

Это слова писателя Варлама Шаламова.

Мы начали наш небольшой текст с данных по доле тиража на русском языке в общем тираже книг и брошюр за 1985 г. в СССР. В заключение же приведем некоторые цифры издававшейся в Советском Союзе художественной литературы, русской и зарубежной классики.

Цифры следующие. По крайней мере на 1981 год, общий тираж всех изданий Л.Н. Толстого в СССР (т.е. примерно за 60 лет) превысил 220 млн. экз. За 60 лет произведения А.С. Пушкина изданы общим тиражом 213 млн. экз. Примерно за этот же период произведения Н.В. Гоголя издавались в СССР более 1140 раз. Их общий тираж приближался к 100 млн. экз.

На начало 80-х за годы Советской власти в СССР выпущены произведения зарубежных авторов из 136 стран. Число названий этих произведений составило 77,5 тысячи, а общий тираж — 2 млрд. 420 млн. экз. К этому времени произведения Дж. Лондона, В. Гюго, О. Бальзака, Ч. Диккенса, М. Твена, Ж. Верна, Э. Золя, Т. Драйзера, и некоторых других выдержали в СССР десятки и сотни изданий, а общий тираж книг каждого из названных авторов превышает соответственно 45, 31, 29, 27, 25, 24, 21 и 20 млн. экз.

«Толстой-художник известен ничтожному меньшинству даже в России. Чтобы сделать его великие произведения действительно достоянием всех, нужна борьба и борьба против такого общественного строя, который осудил миллионы и десятки миллионов на темноту, забитость, каторжный труд и нищету, нужен социалистический переворот», написал В.И. Ленин в 1910 г.

В общем, дорогой и непредвзятый читатель, решать тебе, отвечал ли большевизм русскому духу, о чем говорил, например, русский философ Н.А. Бердяев:

«Большевизм гораздо более традиционен, чем это принято думать, он согласен со своеобразием русского исторического процесса».

И еще:

«Ленин был типически русский человек… В характере Ленина были типически русские черты и не специально интеллигенции, а русского народа…»

Отвечал ли большевизм чаяниям русского народа, русской культуре, превозносил ли он ее и развивал или же нет?

Мы говорим, что да. Здесь мы согласны с Бердяевым.

Антикоммунизм закономерно ведет к антисоветизму, а последний, так же закономерно, — к русофобии.

Комментарии:

wpDiscuz